Такая разная любовь. Глава 4

     Хатидже-Султан зашла к Мустафе в его классную комнату. Урок уже подходил к концу.
     — Хатидже, пойдём в сад? — освободившись, спросил шехзаде.
     — Пошли, возможно, мы встретим там Повелителя. — Ответила женщина, и они отправились к выходу из гарема.
Сулейман и Ибрагим     Немного прогулявшись по саду, им на глаза, действительно, бросился Султан. Он сидел к ним спиной, играя в какую-то игру с Ибрагимом. Мустафа подбежал к отцу:
     — Папа, я тоже хочу играть.
     — Садись, конечно, я объясню тебе правила.
     Ибрагим встал, освобождая мальчику место, а сам подошел к Хатидже. Ему вдруг вспомнилось, как не более недели назад они также стояли, смотря на шехзаде.
     — Во дворце уже несколько дней не слышно вашей скрипки. Мы скучаем…
     — Вам стоит только попросить, Султанша, — женщина попыталась скрыть улыбку.
Вдруг Ибрагим достал из рукава небольшую записку, осторожно кинув её под ноги Хатидже, он отошел к Повелителю. Та, заметив его действие, огляделась по сторонам, как бы нечаянно уронив платок, она присела и вместе с ним забрала и записку.
     Ибрагим искоса посмотрел на место, где оставил послание, его там не было. Он кинул удивленный взгляд на Султаншу, она робко улыбнулась.
     Оставив шехзаде с Повелителем и Ибрагимом, Хатидже решила прогуляться по саду, а заодно и прочитать неожиданное послание. Двое евнухов шли следом. Убедившись, что её не увидят, она осторожно раскрыла записку:

«В ночи для меня падают звёзды, моя Госпожа. Ваш свет состязается с солнечными лучами. Месяц прячет лицо от стыда. Ваш раб Ибрагим ослеп лишь от одного луча, и никак ему не спастись, моя Госпожа».

     Хатидже улыбнулась и, завернув её в платок, прижала ближе к сердцу.

     Хюррем вместе с остальными наложницами сидели на очередном уроке. Сегодня их учили написанию некоторых слов. Девушка старательно выводила буквы, когда услышала голос Калфы:
     — Так, всё, девушки, на сегодня достаточно.
     Девушки начали собираться и потихоньку выходить из комнаты, но Хюррем медлила.
     — Что такое, Хюррем Хатун?
     — Нигяр-Калфа, помоги мне.
     — Что случилось?
     — Я должна удержать Повелителя. Моим он должен быть.
     Калфа ухмыльнулась, наконец-то её наставления были серьёзно восприняты.
     — Я не смогу тебе помочь. Подожди, — остановила она рыжеволосую рабыню, которая хотела её перебить. — Попроси Сюмбюля-Агу. Он знает много гаремных тайн. Предложи ему золото, бакшиш.
     — Бакшиш?
     — Бакшиш, — Нигяр сделала характерное движение, показывая деньги.
     — Ааа. Бакшиш, я поняла. — Улыбнувшись, сказала Хюррем, и, развернувшись, пошла в свою комнату.

     Вечером Хатидже стояла на террасе, перечитывая записку, бросая иногда взгляд на балкон Повелителя, на котором часто видела Ибрагима, но сейчас там было пусто.
     — Вы до дыр скоро зачитаете это послание, Султанша. Я думаю, вы уже выучили его наизусть. – Произнесла Гюльфем. – Что же вы ответите?
     — Не знаю, отвечать ли. Только сердце бешено бьется…Да и если я напишу, как же он письмо моё получит.
     Хатун задумалась на пару мгновений, а потом, улыбнувшись, сказала:
     — Вы напишите, а я уж смогу сделать так, чтобы оно оказалось у него.
     — Но что написать? Помоги мне, Гюльфем. Ты всегда обладала даром красноречия.
     Улыбка Хатун потухла:
     — Посмотрите, Султанша, где я.
     — Не стоит, много ли ты знаешь людей с такими же добрыми сердцем и душою? Я скажу тебе: ни одного.

     Хюррем стремительно направлялась к дверям, ведущим к комнатам евнухов. Смело постучав в неё, она стала ждать. Из дверей вышел незнакомый ей Ага:
     — Что надо?
     — Сумбюла Ага здесь?
     — Нет его. Мне говори, что хочешь.
     — Нет, только с Сюмбула Агой говорить буду.
     Евнух скрылся, а через пару минут в коридор вышел Сюмбюль.
     — Что тебе, Хюррем Хатун?
     Мне нужно поговорить с тобой наедине.
     Ага кому-то махнул за дверьми, чтобы не подслушивали, и поплотнее их прикрыл.
     — Ну, — нетерпеливо отозвался он.
     — Ты должен помочь мне. У меня есть золото, я тебе его дам. Помоги, Сюклюм.
     — О, Аллах, ты даже правильно моего имени сказать не можешь. Сюмбюль-я, Сюмбюль.
     — Сюмбюль Ага, Сюмбюль Ага. Так? Помоги Султаншей мне стать. Повелитель золото мне дает, а я тебе его отдам.
     — Что? Как ты додумалась до такого?
     Хюррем несмело протянула небольшой мешочек.
     — Возьми бакшиш.
     — Ох, посмотрите, как быстро слова-то выучила: золото, бакшиш. – На лице Хюррем расцвела легкая улыбка. – Ладно, но для начала для тебя будет условие.
     — Какое?
     — Не будешь мне перечить. Что я сказал, то и делай.
     — Хорошо.
     — Так, вот, слушай. Ты должна стать мусульманкой. Неверные женщины не могут стать Султаншами.
     Хюррем кивнула и, положив бакшиш в руку Аге, направилась обратно к себе. Ей предстояло обдумать то, что он сообщил.

     Проснувшись посреди ночи, Хатидже поняла, что больше уснуть ей вряд ли удастся. Поворочавшись ещё некоторое время, она решила выйти на террасу. Набросив легкий шелковый халат, она направилась подышать свежим воздухом.
     Женщина слегка поежилась, на террасе было прохладно. Подходя ближе к ограждению, она заметила некое движение в стороне.
     Подняв взгляд на соседний балкон, она с удивлением увидела Сулеймана. Тот тоже её заметил и улыбнулся. Сердце Султанши на миг остановилось, а потом ускоренно забилось. Ей вдруг вспомнилось, как приятно и защищено она чувствовала себя утром, проснувшись в его объятиях.
     Но тут она заметила, что Сулейман смотрит куда-то вглубь своих покоев. «Должно быть, он не один» — подумала она.
     Когда мужчина снова обратил свой взгляд на балкон, там уже никого не было. С сожалением он вернулся в покои.
     — Мы сегодня неплохо потрудились, Ибрагим.
     — Да, Повелитель, это был продуктивный день. ИншАллах, пушки нового образца, и правда, будут более легкими и при этом смогут стрелять на более дальние расстояния.
     — ИншАллах, Ибрагим. Но всё-таки придётся время от времени наведываться в Арсенал*, чтобы контролировать их работу.

     Но был во Дворце ещё один человек, которому не спалось в эту ночь.
     В своих покоях никак не могла уснуть Махидевран-Султан. Она уже и не старалась сдерживать слёзы. Обида душила её. Она знала, что это было вредно для её будущего дитя, но ничего не могла поделать с собой. Начавший виднеться холод со стороны Сулеймана, её кольцо, подаренное Хюррем – всё говорило о том, что она теряет Повелителя. А в гареме это было почти что равно потере жизни. Разве не он клялся вечно любить её? Что ни одна женщина в мире не способна затмить её?
     Вдруг она почувствовала резкую боль в низу живота. Через какое-то время боль повторилась.
     — Гюльшах. Гюльшах!
     В покои забежала полусонная рабыня.
     — Госпожа? Что-то случилось?
     — Позови немедленно лекаря. Живо! — Служанка убежала.
     Боли не прекращались. «О Аллах, не забирай у меня этого ребёнка. Клянусь, я перестану огорчать себя и его. Буду спокойной и счастливой. Только не забирай» — успела подумать она, прежде чем потерять сознание из-за очередной вспышки боли.

Пояснения:
*Арсена́л (фр. arsenal, итал. arsenale, от араб. ‏دار الصناعة‎‎ dār as-sināʿa — мастерская оружия, верфь) — военное учреждение для хранения, ремонта и сборки, учёта, выдачи войскам вооружения и боеприпасов, а также для производства работ по их сборке, ремонту и изготовлению некоторых деталей к ним

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *